среда, 23 декабря 2015 г.

Принцесса на горошине

Принцесса была не из тех, что чувствуют горошину через многие перины и вообще неспособны быть кем-то, кроме принцесс. Наоборот, однажды подложенная горошина довольно быстро становилась частью ее жизни, частью нормы. Принцесса была из тех принцесс, что, выйдя замуж за свинопаса, довольно быстро становятся свинопасшами, за генерала – генеральшами, за лауреата – лауреатшами. При любых сценариях - чудесными женами, а при некоторых – еще и счастливыми.


среда, 16 декабря 2015 г.

Время лечит

Все белится Лукерья Львовна,
Все то же лжет Любовь Петровна,
Иван Петрович так же глуп,
Семен Петрович так же скуп,
У Пелагеи Николавны
Все тот же друг мосье Финмуш,
И тот же шпиц, и тот же муж;
А он, все клуба член исправный,
Все так же смирен, так же глух
И так же ест и пьет за двух.

Пушкин

Так говорят: время лечит. Звучит оптимистично, внушает надежду, а также спасительную мысль, что иногда надо просто подождать. И порой в состоянии «острой боли» действительно необходима вера в то, что что-то изменится к лучшему само по себе, без нашего целенаправленного участия.

А еще есть мнение, что время учит. Что, просто живя на свете как биологический организм, можно со временем стать умнее, или мудрее, или образованнее, обрести значимость и перейти в другую лигу, просто так, за выслугу лет. Мы любим называть это опытом - хорошая вещь, если правильно к нему относиться.

четверг, 10 декабря 2015 г.

К прогулкам в одиночестве пристрастье

Беспокойный человек шел по улице глухой ночью и оживленно говорил что-то в пространство перед собой. Словно светофор на пустом перекрестке, переключающий никому не нужные огни. Полная голова воображаемых собеседников, совершенно для него живых и достоверных, теплых, подсвеченных внутренним светом, как лица у Рембрандта ван Рейна.

пятница, 23 октября 2015 г.

Целостность

К чему я это? К дождю, конечно.
К похолоданью, не ясно нешто?
К часам, в которых чижик своё пропел.
К очередям в октябре на почте -
а там и к заморозкам на почве,
а там и к снегу, белому, как пробел...
                                               
                                                Щербаков

Курский готовил человечеству недюжинный сюрприз. Он много работал и никому результаты своей работы не показывал. Работой он называл написание объемного текста, в котором должна была отразиться вся жизнь, целиком, во всех ее пространственных, временных и метафизических срезах. Или даже не столько написание текста, сколько раздумия над ним, медитирование на идею всеобъемлющего жизнеопределения и жизнеописания, как сказали бы любители Ошо и индиго, хотя сам он такими категориями не мыслил.

вторник, 6 октября 2015 г.

Восхищение

…Ясно, что каждый, кто <…> c таким подозрительным обожанием апплодирует, уже одними своими хлопками всенародно заявляет свою восторженную готовность поменяться своей жизненной ролью с тем, к кому относятся его апплодисменты…

                                                                  Агеев

В музее Чайковского в Клину представлены письма советских людей, главным образом комсомолок, Вану Клиберну. «Ванечке», как ласково его тогда называли. Вызывают они нешуточное сопереживание.


Сейчас я смотрю на Вас по телевизору. <…> Какой Вы счастливый, должно быть!

Дорогой друг! Я восхищена Вашей игрой!

Я тоже немного "музыкант". Кончила музыкальную школу, играю на пианино и аккордеоне и, честно признаться, немного увлекаюсь джазовой музыкой

Мы даже не знаем, как выразить свою благодарность!

Дорогой! Я сегодня представила Америку совсем по-другому. Теперь я знаю, что там не царствует рок-н-ролл…

И музыка твоя бросает в дрожь,
И с ней о всём мирском мгновенно забываешь

среда, 2 сентября 2015 г.

Имени Хармса


Карл Маркс любил домашних животных, и у него была черепашка Пашка. Он ходил вдоль Брюкергассе и собирал для нее одуванчики. Черепашка Пашка скоро выросла и сказала, что ей обидно быть черепашкой Пашкой. Тогда Карл Маркс стал на людях называть ее Фридрих Энгельс, чтобы солиднее звучало. Но в минуты особой душевной близости он снова называл ее черепашкой Пашкой, и она не обижалась.

Однажды Леве Бронштейну исполнилось 6 лет. К нему на день рождения пришел Фридрих Энгельс  и подарил ему жумар фабрики Салева. Лева Бронштейн сначала обрадовался, но потом случайно поранил об него пальчик, расстроился и выбросил жумар к чертовой матери. С тех пор он недолюбливал альпинистское снаряжение.

среда, 26 августа 2015 г.

Тотошка

Час назад он окончательно затих, обездвижил. Рябь на костистом лице разгладилась, желтоватые разводы на коже выровнялись. Сухие, как у кузнечика, ноги вытянулись вдоль по кушетке. Увеличенная тень его фактурного носа замерла на стене. Дыхание стало неслышным, незаметным, прозрачным. Настрадался он капитально, и сейчас никто не дал бы ему его скромные тридцать с хвостиком, так сильно он осунулся, так плотно сложились в терпеливой гримасе его тонкие губы.

Она тоже, наконец, выдохнула. Несколько раз самозабвенно вдохнула из форточки ледяной зимний воздух, потом бесшумно угнездилась в кресле, стараясь не разрушить его неверное забытье.

пятница, 21 августа 2015 г.

Черный квадрат

Когда исчезнет привычка сознания видеть в картинах изображение уголков природы, мадонн и бесстыдных венер, тогда только мы увидим чисто живописное произведение.

                                                Малевич

Впервые показанный в 1915 году на выставке Ноль-десять, Черный квадрат по-прежнему первая ассоциация на фамилию Малевич у большинства людей. Расположен он в "красном углу", как икона: самая декларативная вещь выставки. Очень кстати рядом оказался стул - дает понятие о размере картин. Черно-белость фотографии делает это и без того лаконичное искусство еще более сжатым, еще менее сентиментальным. А также намекает на то, что с тех пор, как это было "авангардом" прошло сто лет. Пора бы уже понять, в чем тут дело.

среда, 22 июля 2015 г.

Вещь в себе

Есть такая поговорка: «Айтишник-экстраверт — это тот, кто во время разговора смотрит не на свои ботинки, а на ботинки собеседника». Истинная правда! Мы в массе своей глубокие интроверты, с навыками общения вдвое ниже среднечеловеческих. А наша профессиональная деятельность годами только развивает эту склонность. Те из нас, для кого общение не так затруднено, кому удается часть пара «пустить в гудок», довольно быстро выбиваются в начальство. Это и есть наш интерфейс с внешним миром.

понедельник, 13 июля 2015 г.

Благодарность

Лет пять назад я ознакомился с такой практика: встать в одиночестве на берегу озера, набрать в горсть побольше мелких камешков и по одному кидать их в воду. Каждый камешек – имя человека, которому благодарен. 

Ох, непростое это занятие! Нет у нас в обычной жизни привычки быть осознанно благодарным. Нет понимания важности этого чувства для того, кто благодарен. Все как раз наоборот. Мы приписываем себе массу заслуг, находя в своих качествах и поступках основания для своих успехов. А думая о других, мы постоянно взвешиваем и подводим сальдо, аннулируя хорошее, когда встречается плохое. Мы также принимаем хорошее, не отмечая и не запоминая, если оно будто бы не стоило дающему сверхусилий, или это его, дающего, обязанность, или это случилось это давно. И так далее. Ведет вся эта нехитрая и привычная цепочка к безнадежности и одиночеству.

пятница, 19 июня 2015 г.

Что делать?

Об авторе этого странного романа у меня самостоятельного мнения нет. То есть оригинал я помню крайне слабо, и мнение целиком сформировано романом "Дар" куда более могучего литератора. Пленительно нелепый, нелепо талантливый, чудовищно работоспособный, во всем на свете заблуждающийся, болезненно непрактичный. Молодой, с блестящими глазами, голодный, непримиримый - примерно как на этом портрете, с будто слегка нарушенной в лице перспективой. Или почти уже старик в убогой комнатушке в Вилюйске, старательно вымеряющий, с какого расстояния перестает видеть текст - чтобы отметить его в письме и попросить детей пристать ему сообразные очки. Если я правильно помню, никакого внятного ответа на вопрос, вынесенный в заглавие, в романе не дается, хотя вопрос, безусловно, актуальный.

Перед большинством из нас он, однако, серьезно встает в несколько ином смысле: что делать лично мне?

Люди старше 16 лет, вероятно, все так или иначе побывали в состоянии, когда непонятно, как дальше жить. Не до ста лет, а хотя бы следующий день. Это зовется заезженным словом депрессия, которое звучит уже пусто и картинно и совершенно не отражает ощущение мучительного тупика, беспросветности, страха, безнадежности, умирания. Что делать тогда?

Что ж, в мнениях, как обычно, недостатка нет. У меня тоже есть свое, сугубо частное, есть даже несколько вариантов на выбор.

суббота, 13 июня 2015 г.

Как жертвовать деньги легко

В прошлой статье я подробно рассказал, почему, как я думаю, нужно помогать не частным лицам, какой бы душераздирающей ни выглядела их история, а инфраструктурым, системным проектам. Не затыкать дыры, а наращивать возможности; искоренять причину, а не следствие, и проч., и проч..

Сейчас речь о другом: как жертвовать так, чтобы было легко жертвующему. Большинство социальных катаклизмов случаются не из-за того, что люди не делают что-то сверх своих сил, а из-за того, что огромное большинство не делает того, что им вполне по силам, и даже довольно легко. Поэтому важно понять не только как помогать с максимальной социально-полезной отдачей, а еще как делать это легко, без перенапряжения своего личного ресурса доверия, щедрости и бескорыстия. Как делать то, что возможно, не больше и не меньше.

Для этого, как мне видится, нужно совершить три простых шага.

воскресенье, 7 июня 2015 г.

Как жертвовать деньги

Согласно World Giving Index, Россия находится на 125 месте в мире (из 135 стран) по уровню развития благотворительности. Эфиопия, Берег Слоновой Кости, Буркина Фасо, Демократическая Республика Конго, все до единой страны бывшего СССР, не говоря уже о «золотом миллиарде», - все оказались статистически щедрее и великодушнее нас. Почему наши бесконечные Толстые и Чайковские не сделали нас сострадательнее и гуманистичнее, вопрос открытый и объемный. Впрочем, дело тут не только в доброте и щедрости. В стране, где люди не доверяют собственной полицейской и судебной системе, здравоохранению, образованию и т.п., трудно ожидать доверия к людям и организациям, предлагающим добровольно пожетрвовать им денег.

Но речь сейчас о другом. Наши моральные качества, будь то недоверчивость, черствость или старая добрая жадность, вряд ли подлежат быстрому изменению. Однако у каждого человека, очевидно, есть некий порог если не бескорыстия, то хотя бы безразличия, некая минимальная сумма денег, с которой ему точно и искренне не жаль расстаться, будь это хоть 50 рублей в месяц. Вопрос: как расстаться правильно? Как сделать так, чтобы пожертвованная сумма, сколь угодно малая, сработала на общественное благо максимально эффективно?

вторник, 26 мая 2015 г.

Зачем нужны студии, или открытое письмо в Управу района Чертаново Северное

Еще на первом курсе института меня поразило, как резко разошлись пути однокашников. Вот только вчера мы сидели на одних и тех же уроках, делали одну и ту же домашку, и были как будто все меж собой похожи. И вот пролетело лето - и там, где у меня Теория Конечных Автоматов, там у моего приятеля Основы Композиции. Теперь мы все, без сомнений, разные, и чем дальше, тем больше. И нет пути назад. И хотя я по-прежнему уверен, что выбрал профессию правильно, и подходит она мне больше, чем любая другая, все же немного жаль прочие, недопонятые, не испробованные стороны жизни, которые остались за бортом. А люди, отплывшие на другой льдине в другой мир, постепенно перестают встречаться в быту и начинают казаться волшебными, иллюзорными, придуманными.

среда, 6 мая 2015 г.

Простые вещи

В студии, куда я хожу рисовать, периодически возникают споры. Люди ведь не могут не спорить, и часто это их главный способ поддержать разговор. В споре он с легкостью приобретает некую поверхностную динамику, а развивать соображения друг друга, напротив, довольно трудно. Тем не менее, спор все же более полноценный диалог, чем пересказывание друг другу не связанных меж собой историй, которыми сил нет как хочется корректно, в очередь, поделиться. Споры бывают интересные.

Однажды спор возник о том, должен ли нравиться натюрморт, который рисуешь. Одни говорили, что непременно да. Мол, только то, что нравится, рисовать не скучно, а можно, напротив, с душой и с проникновением в суть. Другие утверждали, что все происходит наоборот: рисовать можно какой угодно натюрморт, все равно он «полюбляется» в процессе рисования. Среди вторых был и сам мастер, который любит говорить: рисуйте то, что перед вами, а если вам кто-то загораживает – то рисуйте и его. Или как Крымов говорил сыну: научишься хорошо рисовать бумажного журавлика – получатся хорошо и гипсовые головы. Или (это уже, кажется, Ливанов своей ученице): 

– Рисуйте кучу мусора.
– Так это же скучно!
– Тогда пригласите джаз! 

пятница, 24 апреля 2015 г.

Ценные советы

Есть такой род занятий: давать советы «по жизни». Подается как участие в другом человеке, попавшем в затруднительную ситуацию, как забота и помощь. Действительно, часто ли люди говорят с нами о нас самих? Редко! Как правило, сплошь о себе (в лучшем случае), или вообще черт знает о чем, типа политики, новостей или кто как съездил в отпуск. Так что когда с нами говорят о нас, казалось бы, надо радоваться и пользоваться. И, не смотря на это, случается, что того, кому дают советы, эта процедура бесит и корежит. Увы, к сожалению, я сам достаточное количество раз побывал в роли такого "недооцененного" советчика. Почему так? Почему казалось бы лучшие намерения вызывают протест и отторжение? 

Думаю, ответ таится в понимании того, как вообще устроен механизм помощи. И если вы, как вам кажется, пытаетесь помочь человеку советом, а в ответ наблюдаете коленный рефлекс, стоит задуматься вот о чем.

понедельник, 13 апреля 2015 г.

Читатели и зрители

— Остальные десять процентов нашей интеллигенции, пожалуй, даже получше, пошире будут, чем европейские. А почему?
— Ну-с?
— Да потому, что мы не можем сразу заснуть, как легли в постель. Нам для этого необходимо с полчасика почитать. Это убаюкивает. Сегодня полчасика, завтра, послезавтра… так из года в год. Глядь, и весь Толстой прочитан, и весь Достоевский, и весь Чехов. Даже Мопассан и Анатоль Франс. Вот мы и пошире и поначитанней французов и немцев.
Те засыпают легче.

Мариенгоф

Каждое утро я окатываю себя ледяной водой из душа. С головой. Секунд 30, максимум минуту. Потом включаю теплую и отогреваюсь. Сдаю этот мааахонький экзамен на решимость за редчайшим исключением каждое утро, уже который год. Однако был период, когда я читал «Гулаг» Солженицына. И все то время я не мог заставить себя включить холодную воду. Просто не мог! От страха все сжималось, и первые же смертельно холодные брызги напрочь выводили из равновесия. Холод, голод, безнадежность, неимоверный, непосильный надрыв физических и душевных сил, тотальное бессилие перед мыслью, что все это по-настоящему, не игра с холодным душем или купанием в проруби на крещение, или с тем, чтобы порезвиться, распаренному и сытому, в бане, с прыжками в купель. И хотя по факту я как раз и бываю в эти моменты сытый, распаренный и вдобавок выспавшийся, и технически процедура все та же, но страх и боль в уме не давали через нее пройти. И даже пару недель после того, как закончил читать эту эпическую книгу – все равно не мог.

пятница, 3 апреля 2015 г.

Движение

Как-то раз одна девочка, ведущая не в моем вкусе занятия йогой, рассказала мудрую историю о том, как обычно люди перестают заниматься. Дело в том, что действие йоги на качество жизни очень общее и долгосрочное. Не наступает эйфории после занятия. Скорее со временем меняется медиана счастья. Когда регулярно занимаешься, она выше, в среднем по жизни. И люди к этому привыкают и об этом забывают. В смысле забывают, из-за чего так произошло. Им кажется, что жизнь такая сама по себе, и в какой-то момент становится лень заниматься, когда и так все неплохо. И медиана счастья, конечно же, откатывается назад, тоже медленно, через месяцы, без понимания, отчего так произошло. Печальная история. 

понедельник, 2 марта 2015 г.

Бабочки

Она была из тех женщин, которыми можно освещать города. Ее жизнелюбия хватало на всех людей, что ей встречались, и надо было изрядно постараться, чтобы на себе его не ощутить. Для того, чтобы она улыбнулась, достаточно было пару секунд на нее безотрывно смотреть, и это была не смущенная деланная улыбка, а настоящий, щедрый выплеск радости. Ей с дивной легкостью давались иностранные языки, не из-за какой-то особенной памяти, а потому, что ее тяга к общению, к людям, через слова и фразы, была столь сильной и постоянной, что не знала препятствий. Тонкая и быстрая, все время в движении, подернутая живой белизной, она излучала тепло и простоту.

В ее голове жили бабочки. Они роились и щекотались крыльями, чаще всего оранжевые или бирюзовые, невесомые, хрупкие, заполняющие пространство своей беззащитной яркой красотой. Наверное, из-за них она не умела глубоко задумываться о чем-то одном, плохом или хорошем, и постоянно отвлекалась по сторонам, не деля предметы и темы на важные и неважные, без усилий паря в их несусветном радостном многообразии. В редкие моменты печали бабочки засыпали, сложив крылья книзу, из трепещущего фейерверка превращаясь в неподвижные тонкие бесцветные пластины. Или же окрашивались в тяжелые серые тона, и взмахи их чешуйчатых крыльев делались резкими и свистящими, наполняя ее бедную голову детским  паническим беспокойством.

Но к счастью власть серых недолговечна,  и уже совсем скоро ажурное многоцветное непостоянство вновь радостно плескалось в голове, в груди, в комнате, подхватывая окружающих людей и зверей в свое легчайшее кружение, в пение, в смешливую болтовню, в иллюзорность, быстротечность и непрактичность.

среда, 25 февраля 2015 г.

После бури

Жить было не так уж сложно. Нужно было не забывать дышать и принимать хоть немного жидкости. Никаких других усилий. Вставать с кровати, выходить из дома, брать телефонные звонки, даже открывать глаза – все эти занятия пали жертвой суровой экономии жизненных сил. Он физически чувствовал их недостаточность, впритык для поддержания сердцебиения и нужной температуры тела. Ничего, ниже кровати не упадешь. Не человек, а конденсат Бозе-Эйнштейна.

четверг, 19 февраля 2015 г.

Концерты

Мы милость времени, замирание,
Мы выдох века, провал, просвет,
Мы двое, знающие заранее,
Что все проходит, а смерти нет.

Быков

Недавно на TED выступала одна британская рок-певица, которая как-то раз, находясь среди своих фанатов, разделась и позволила им рисовать на себе маркерами. И хотя трудно себе представить Гергиева или Березовского в такой роли, мотив ее я хорошо понимаю. Всю себя открыть, отдать своим слушателям, показать им, что живет для них, пусть даже такими недалекими, нехудожественными средствами. Не у всех талант позволяет транслировать в полной мере любовь к людям.

вторник, 10 февраля 2015 г.

Коллективизм

Они, все четверо, глядели на меня уничтожающе. Я пожал плечами и безнадежно затих.
— Ты это брось про Ивана Тургенева. Говори, да не заговаривайся. Сами читали. А ты лучше вот что скажи: ты пиво сегодня пил?
— Пил.
— Сколько кружек?
— Две больших и одну маленькую.
— Ну так вставай и иди. Чтобы мы все видели, что ты пошел. Не унижай нас и не мучь. Вставай и иди.
Ну что ж, я встал и пошел. Не для того, чтобы облегчить себя. Для того, чтобы их облегчить. А когда вернулся, один из них мне сказал: «с такими позорными взглядами ты вечно будешь одиноким и несчастным».
                                                                                                                                                                              Ерофеев

В середине 90-х я, по стечению обстоятельств, бросил институт в Москве и уехал учиться в Штаты. Это обширнейший опыт в моей жизни, и я до сих пор хорошо помню некоторые вещи, которые меня тогда впечатлили. Одной из них было правило учебных заведений, согласно которому оценки сообщались только ученику, которому они выставлены. Они никогда не произносились вслух. Если формат не предполагал письменного оповещения, то происходило оно так: я подходил к преподавателю, который двумя листка бумаги закрывал список фамилий выше и ниже моей, так что в образовавшуюся амбразуру я видел только то, что касалось непосредственно меня.

Я воспитан в советской школе! Я принимал как норму оглашение оценок за контрольную вслух, всему классу, в алфавитном порядке, да с комментариями: кто облажался и не оправдал, кто, наоборот, молодец, тупой, но старается, а кто, ушлый гад, явно списал. Все вслух, все напоказ. И такой крайний индивидуализм американских колледжей вызвал во мне тогдашнем вполне пролетарское отторжение. Что скрывать? Мы же один класс! Что вообще в этой информации такого секретного, и откуда опасение, что я ее использую во зло? Это было как в моей начальной школе - закрывать рукой то, что пишешь, чтоб, не дай божЕ, не списали. Недостойно, гадко, не по-товарищески. Как хлебом в голодуху не поделился.

понедельник, 9 февраля 2015 г.

Дисциплина, или этот проклятый рабочий день

Дисциплина — это не метод воспитания, дисциплина — это результат воспитания.

                                   Макаренко

Как человек сугубо гражданский, большую часть сознательной жизни я презирал само слово дисциплина. Означало оно: гадкое казенное принуждение к какой-то примитивной бессмысленной деятельности, вроде хождения строевым шагом, которую сам для себя никто в здравом уме не выберет. Непослушание же карается тупой ненавистной превосходящей силой. Непривлекательные типажи по обе стороны дисциплинарного процесса. Насаждающие — непробиваемые «козырьки» из анекдотов, упивающиеся своим кусочком власти. И дисциплинируемые – унизительно послушные бараны без собственного волеизъявления. Ни к одним не тянет примкнуть.

Изрядная порция страданий по поводу такого устройства жизни достается гражданскому человеку на офисной работе. Приходится придерживаться фиксированных рабочих дней и часов (кто их вообще придумал?), а также порой сидеть на работе, когда не работается, и делать объективно бессмысленные вещи. Ни для кого не секрет, что бывают дни, когда организации было бы дешевле просто отпустить нас домой, во внеочередной оплачиваемый отпуск. Просто поваляться на диване, выспаться и набраться сил. В такой неудачный день мы не работники, и ни к чему это дисциплинарное насилие с более чем скромным результатом. В конце концов, наше дело – порождать добавленную стоимость, а не впечатлять начальство продолжительностью своего рабочего дня. Отдохнув и восстановив силы, мы вернемся с бОльшей энергией и продуктивностью. 

Подвижки в эту сторону уже давно начались среди компаний-пионеров управленческих методик, вроде Netflix, чей вид деятельности допускает подобные эксперименты. Гибкие рабочие графики, отсутствие учета отпусков и выходных, удаленная работа, послеобеденный сон по желанию – всем этим теоретически уже лет 10 как никого не удивишь. Они действительно молодцы! Ведь у всех нас разные биоритмы, и чем тратить уйму сил на преодоление своей природы, почему бы рабочему расписанию не посторониться и не приспособиться к человеку? Все мы за идеальный рабочий процесс – интегрированный в жизнь, естественный, в радость.

Однако последнее время я отношусь к дисциплине со все возрастающим уважением. В пользу этого есть несколько доводов.

четверг, 29 января 2015 г.

Главные герои

Помню, как в шанхайском музее изобразительных искусств меня поразило отсутствие портретов. Отдельная личность – песчинка в пустыне, и в глаза этой песчинке никто не заглядывает, характер ее не изучает, соображениями не интересуется. Обезличенные фигуры в отдалении на фоне действительно величественных пейзажей, или орнаментальные, декоративные, плоскостные – чуть поближе, или рядовые в терракотовом войске, из неотрытых, - вот максимум, на что можно рассчитывать. 



четверг, 22 января 2015 г.

Быстротечность

И когда зима, Фортунатус, облекает квартал в рядно, 
я б скучал в Галерее, где каждое полотно 
– особливо Энгра или Давида - 
как родимое выглядело бы пятно.

Бродский

С нового года у меня на рабочем столе появился отрывной календарь. На каждой странице число и картина, импрессионисты и сочувствующие - Моне, Ренуар, Писарро, Ван Гог, Дега и прочие. Я их очень люблю. Каждый день – новая страница, старая не перелистывается, а отрывается, с концами. Никак не могу приучить себя кидать оторванные страницы в корзину: жаль расставаться. Вместо этого складываю стопкой . Создаю иллюзию, что, мол, не навсегда. Так расстающиеся случайные знакомые в искренней симпатии друг к другу обмениваются телефонами, по которым никогда не позвонят.

четверг, 1 января 2015 г.

Гон эффективности

Как-то раз я посетил курсы быстрого чтения. В самом начале происходил замер существующей, природной скорости, а в конце обучения — еще один замер, чтобы видно было, за что деньги плачены. Надо было прочесть из длинного текста сколько успеешь и ответить на вопросы, получив некий условный показатель «осмысленного скорочтения». За четыре недели мой тест улучшился почти в 5 раз. 

На первом занятии ведущая спросила каждого, зачем пришли, и это было интересно. Кто-то хотел, чтобы его карьера ловчее продвигалась, и верил, что умение быстро и много читать этому поспособствует. Кто-то говорил, что хочет, наконец, ознакомиться подробно со всемирной литературой и боится не успеть, если читать как сейчас. Кто-то (вроде меня) внятной цели не имел, но полагал, что прочитывать толстую книгу за вечер — хорошо. В общем, чушь страшная. 

Через несколько лет, когда вел тренинги по личной эффективности, управлению временем и проч., я много раз жалел, что нет у меня права через полчаса после начала тренинга отпустить половину зала по домам. Когда мало-мальски наметан глаз, так хорошо видны люди, которым это занятие ну совершенно бесполезно, и даже вредно. Однако, каждый идет своим путем, и если кому-то кажется, что этот путь слишком извилист и не оптимален, то этот кто-то сам высокомерен и недалек. Некоторые углы срезать невозможно. Некоторые этапы жизни невозможно пропустить. Для множества людей такой этап — воинствующий культ эффективности.